Мы ВКонтакте

Когда лопается банк, кредиторы становятся в очередь (об особенностях включения в реестр кредиторов)

Есть ли основания для включения лица, которое заявляет права на часть вклада другого лица на основе соглашения уступки права требования, в реестр кредиторов и получения компенсации из Фонда гарантирования вкладов физических лиц?

Соглашение уступки права требования нотариально не заверено, все документы поданы в ликвидационную комиссию в установленный законодательством срок.

 

Ответ на вопрос и его обоснование

Все вкладчики – кредиторы, но не все кредиторы – вкладчики, на которых распространяется действие норм Закона Украины «О Фонде гарантирования вкладов физических лиц» (далее – Закон о Фонде гарантирования).

Правовой статус физического лица – кредитора банка (далее – кредитор), существенно отличается от статуса физического лица – вкладчика (далее – вкладчик) банка. Причем, в случае ликвидации банка, одно и то же физическое лицо, заключившее с таким банком договор банковского вклада, одновременно имеет права как кредитора, так и вкладчика. Правовые отношения между ликвидатором банка и физическим лицом как кредитором урегулированы соответствующими нормами Законов Украины «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках), «О возобновлении платежеспособности должника или признании его банкротом» (далее – Закон о банкротстве), а между ликвидатором и вкладчиком – другими нормами перечисленных законов, но к тому же еще и Законом о Фонде гарантирования и Гражданским кодексом Украины (далее – ГК).

Таким образом, поскольку между ликвидатором и физическим лицом как кредитором и как вкладчиком правоотношения урегулированы разными правовыми нормами, вопросы включения физического лица в реестр кредиторов и о получении ним компенсации из Фонда гарантирования вкладов физических лиц (далее – Фонд) хотя и являются определенным образом взаимосвязанными, однако должны решаться отдельно друг от друга на основании соответствующих правовых норм. Иными словами, включение физического лица в реестр вкладчиков не означает априори включения этого лица в список лиц, имеющих право на компенсацию из Фонда.

1.1. Следовательно, рассмотрим сначала поставленный вопрос в аспекте наличия правовых оснований включения физического лица в реестр кредиторов на основе соглашения об уступке прав требования.

Считаем, что уступка права требования по договору банковского вклада, в том числе одновременно нескольким новым кредиторам, не противоречит закону. Мы исходим из того, что статья 515 ГК запрещает замену кредитора в обязательстве исключительно в тех обязательствах, которые неразрывно связаны с личностью кредитора. В соответствии с определением договора банковского вклада, которое содержится в статье 1058 ГК, а также в целом в параграфе 3 «Банковский вклад» Главы 71 ГК, взаимные обязательства сторон в таком договоре с личностью кредитора неразрывно не связаны.

Часть 2 статьи 510, статья 514 ГК устанавливают, соответственно, что в обязательстве на стороне должника либо кредитора могут быть одно, либо одновременно несколько лиц, а объем прав первичного кредитора, переходящих к новому кредитору в обязательстве, может определяться договором или законом. При этом законом каких-либо ограничений относительно объема прав, которые могут передаваться новому кредитору договором уступки по договору банковского вклада, не установлено. Следовательно, стороны свободны определить объем этих прав в договоре уступки, а также условия их перехода.

Необходимым условием перехода прав в обязательстве к новому кредитору является предоставление первичным кредитором документов (оригиналов), удостоверяющих передаваемые права. А должник вправе не исполнять свой долг новому кредитору до предоставления должнику доказательств перехода этих прав (статья 517 Гражданского кодекса Украины).

Кроме изложенного, мы изучили общие основания, с которыми закон связывает недействительность соглашений, с целью убедиться в том, имеются ли такие основания относительно договора уступки права требования по договору банковского вклада.

Согласно ч. 1, 3 ст. 215 ГК, если недействительность сделки прямо не предусмотрена законом, такая сделка является оспариваемой и признать ее недействительной может лишь суд на основаниях, установленных частями 1–3, 5, 6 статьи 203 ГК. Частью 1 ст. 203 ГК основанием признания судом сделки недействительной предусмотрено несоответствие (противоречие) содержания сделки Гражданскому кодексу Украины, другим актам гражданского законодательства.

Анализ соответствующих норм ГК, в частности, главы 73, и содержания договоров об уступке права требования по договору банковского вклада, которые обычно заключаются, дает нам основания для вывода, что содержание таких договоров Гражданскому кодексу и другим актам гражданского законодательства не противоречит.

Следует иметь в виду, что в соответствии со статьей 513 ГК, форма сделки об уступке права требования должна быть такой же, в которой по закону надлежит заключать или фактически была заключена сделка, обязательство по которой передается новому кредитору (уступается).

В соответствии с ч. 1 ст. 220 ГК, в случае несоблюдения требований закона о нотариальном удостоверении договора такой договор является ничтожным, то есть признание его судом недействительным не требуется.

Заключались ли в нотариальной форме договоры, по которым уступается право требования, нам не известно, поэтому мы не можем высказаться относительно ничтожности договоров уступки права требования. Если же первичные договоры были заключены в простой письменной форме, то нотариального удостоверения договора уступки закон не требует.

Кроме того, следует учитывать, что в соответствии со ст. 88 Закона о банках, законодательство Украины о возобновлении платежеспособности должника или признании его банкротом при рассмотрении судом дела о признании банка неплатежеспособным применяется в части, не противоречащей нормам этого Закона.

На основании изложенного, исходя из определения термина «кредитор» в статье 2 Закона о банках – «кредитор банка – юридическое или физическое лицо, имеющее документально подтвержденные требования к должнику относительно его имущественных обязательств», мы пришли к выводу о том, что физическое лицо, в установленный законодательством срок заявившее ликвидатору банка о своих требованиях, которые основываются на основе соглашения об уступке права требования по договору банковского вклада, имеет основания для включения его в реестр кредиторов, если при этом:

– договор уступки права требования заключен в форме, установленной законом (в зависимости от формы договора банковского вклада);

– такое лицо предоставило банку доказательства перехода к нему прав, принадлежавших первичному кредитору (ст. 517 ГК).

1.2. О получении компенсации из Фонда.

В начале приведем еще раз законодательное определение термина «кредитор» с целью его сравнения с определением термина «вкладчик», и выявления отличий, ведь в Законе о Фонде гарантирования термин «кредитор» не употребляется, а все права, которые предоставляются этим Законом, принадлежат все же вкладчикам. «Кредитор банка – юридическое или физическое лицо, имеющее документальное подтвержденные требования к должнику относительно его имущественных обязательств».

Аналогичным по содержанию и сути приведенному выше является определение термина «кредитор» и в статье 1 Закона о банкротстве.

В цитате из Закона о банках и в дальнейшем, мы подчеркиваем важные и связанные между собой для последующего изучения вопроса слова и термины.

Как видим, кредитор – это лицо, имеющее требования относительно выполнения обязательств. В предыдущей части нашего материала речь шла об уступке права требования, и поэтому важно обратить внимание на то, что уступка права требования является формой и способом замены кредитора именно в обязательстве (см. статьи 512–514 ГК). А в соответствии со ст. 509 ГК, обязательством является правоотношение, в котором одна сторона (должник) обязана совершить в интересах второй стороны (кредитора) определенное действие, а кредитор имеет право требовать выполнения этого долга. Согласно ч. 2 ст. 509, ст. 11 ГК основанием возникновения обязательства являются, в частности, договоры и другие сделки.

В соответствии со статьей 626 ГК, договором является договоренность сторон, направленная на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Следовательно, понятие договора является значительно более широким по сравнению с понятием обязательства и эти понятия в праве не являются идентичными.

Поэтому, в случае уступки права требования в обязательстве, возникшем из договора банковского вклада, если при этом новому кредитору передан не весь объем прав относительно обязательств должника в договоре, нет правовых оснований для признания такой уступки заменой сторон в договоре. Следовательно, как было отмечено выше, сторонами договора банковского вклада в данном случае, как это и установлено статьей 1058 ГК, являются банк и вкладчик – лицо, которое внесло соответствующую денежную сумму (вклад) и подписало договор.

Закон Украины «О Фонде гарантирования вкладов физических лиц», согласно преамбуле Закона, в частности регулирует порядок возмещения вкладов вкладчикам банков. Согласно статье 1 Закона о Фонде гарантирования, термин «вкладчик» в этом законе употребляется в следующем значении – «вкладчик – физическое лицо, имеющее вклад в банке – участнике (временном участнике) Фонда гарантирования вкладов физических лиц».

А согласно статье 3 Закона о Фонде гарантирования, возмещение средств по вкладам в случае их недоступности гарантируется лишь вкладчикам, а не кредиторам. Кроме того, этой же статьей установлены ограничения в сумме возмещения, не превышающей 1 200 гривен для одного вкладчика в случае размещения ним средств в одном банке, даже при наличии нескольких вкладов в этом банке.

В соответствии со статьей 30 Закона о Фонде гарантирования, право на получение гарантированной суммы возмещения средств по вкладам за счет средств Фонда имеют лишь вкладчики, а не кредиторы.

Как мы определили выше, все вкладчики могут быть кредиторами, но не все кредиторы могут быть и являются вкладчиками, на которых распространяется действие норм Закона о Фонде гарантирования.

Физические лица – кредиторы банка, которые приобрели этот статус в результате изменения кредитора в обязательстве, которое заключается в возвращении банком в их пользу части вклада по договору, заключенному вкладчиком, не приобретают статуса вкладчика. Эти лица не осуществляли вклад на счет в банке, не подписывали договор банковского вклада.

Таким образом, есть основания считать, что ликвидатор банка не имеет оснований для включения таких физических лиц в перечень вкладчиков в порядке части 2 статьи 31 Закона о Фонде гарантирования.

Есть ли основания для увеличения суммы требования, если в исполнительном листе указанная сумма больше, чем в заявлении о признании кредитором? Исполнительные листы поступили позже от заявления, но в пределах установленного законодательством срока.

Ответ на вопрос и его обоснование

В соответствии с определением терминов, которые употребляются в Законе о банках, данных в статье 2 Закона о банках, кредитором банка является юридическое или физическое лицо, которое имеет документально подтвержденные требования к должнику относительно его имущественных обязательств.

Согласно части 3 статьи 89 Закона о банках, в течение одного месяца со дня опубликования объявления об открытии ликвидационной процедуры кредиторы имеют право заявить ликвидатору о своих требованиях к банку.

Отмеченные нормы закона следует понимать и применять таким образом: представление кредитором заявления ликвидатору о своих требованиях к банку является правом, а не обязанностью кредитора. Лицо вправе не заявлять требования вообще, или заявить о них не в полном объеме, то есть частично. В случае же представления заявления о своих требованиях, кредитор обязан предоставить ликвидатору их документальное подтверждение.

Следовательно, изложенные в вопросе обстоятельства свидетельствуют о том, что отдельные кредиторы подали ликвидатору заявления с изложением своих требований в определенной сумме. Такие требования должны быть в соответствии с законом документально подтверждены. Предоставленные позже, но в пределах установленного срока исполнительные листы являются не требованиями кредитора, а документальным подтверждением его требований, объем которых определяется поданным таким кредитором заявлением на имя ликвидатора.

Таким образом, мы не видим оснований для определения ликвидатором размера заявленных кредитором требований и определения суммы признанной им задолженности каждому кредитору в соответствии с суммами, отмеченными в исполнительных листах. Размер заявленных требований и суммы признанной ликвидатором задолженности, должен определяться в пределах сумм, фактически заявленных кредиторами в соответствующих обращениях, с учетом их документального подтверждения.

Есть ли основания для включения в реестр кредиторов лиц согласно исполнительным листам на взыскание средств с коммерческого банка, который ликвидируется, поступившим в установленный срок, если заявления о признании имущественных требований своевременно поданы не были?

Исполнительные письма получены банком от органа государственной исполнительной службы одновременно с постановлением об окончании исполнительного производства, открытого на основании этих исполнительных листов, вынесенного на основании пункта 7 статьи 37 Закона Украины «Об исполнительном производстве».

Ответ на вопрос и его обоснование

Часть 2 статьи 37 Закона Украины «Об исполнительном производстве» предусматривает обязанность государственного исполнителя в случае окончания исполнительного осуществления в 3-дневный срок послать копию соответствующего постановления сторонам исполнительного осуществления и суда или другому органу (должностному лицу), которые выдали исполнительный документ.

Как уже было отмечено выше в ответе на предыдущие вопросы, представление заявления с имущественными требованиями к банку, который ликвидируется, является правом кредитора, а не его обязанностью. Возможность использования этого права лицом, которое имеет требования к банку на основании исполнительных документов и инициировало их принудительное исполнение, обеспечивается установленной законом обязанностью уведомления этого лица об окончании исполнительного производства в связи с ликвидацией должника.

Статья 92 Закона о банках определяет полномочия ликвидатора, среди которых, в частности, обязанность рассмотрения заявленных кредиторами требований к банку. Но отмеченная статья не предоставляет ликвидатору полномочий относительно формирования реестра кредиторов банка на основании инвентаризации обязательств, при отсутствии заявленных кредиторами требований к банку.

Статья 93 Закона о банках, которой установлен порядок осуществления подготовки ликвидатором удовлетворения требований кредиторов, также предусматривает определение задолженности каждому из кредиторов на основании их требований. Эта же статья запрещает ликвидатору принимать к рассмотрению требования кредиторов, заявленные по окончании установленного законом срока для их предъявления.

А частью 6 статьи 96 Закона о банках установлено, что «требования, заявленные по окончании срока, установленного для их предъявления, не рассматриваются и считаются погашенными».

Таким образом, из приведенных норм закона следует, что единственным основанием формирования ликвидатором банка перечня акцептированных им требований кредиторов является рассмотрение ликвидатором требований, которые заявлены кредиторами в установленный законом срок.

Поэтому мы приходим к выводу, что исполнительные листы, полученные от органов государственной исполнительной службы по окончании исполнительного производства, при отсутствии своевременно заявленных кредиторами имущественных требований, не являются основанием для включения определенных лиц в список акцептированных ликвидатором требований к ликвидируемому банку.

 

 

«Адвокат Бухгалтера», август 2005 г., № 15 (93),

Е-mail: Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript

http://www.ab.net.ua

тел./факс: (056) 370-96-84